- Взгляните, как Тутатис украшает ту, что достанется ему! - нараспев проговорил Ниобит. - Разоблачайте ее, разоблачайте же!

Страж медленно потянул вниз балахон. Обнажились покатые плечи, невероятно бледные в свете луны, затем - прекрасная грудь, округлые бедра, маленькие босые ноги.

Мужчины ахнули, а самый молодой из них застонал. Старшие сердито зашикали на него. А молодой воздыхатель гадал: и как это Ниобиту удалось выманить красавицу за порог отцовского дома? Может, обманул он ее, сказав, что ее ожидает прекрасный принц? Или посулил богатство и власть? Теперь это не важно. Выманив девушку из дому, Ниобит напоил ее каким-то зельем, а его подручные притащили ее сюда, в круг скал.

- Положите ее на жертвенное ложе, - приказал Ниобит. Девушку развернули в другую сторону, она покачнулась и глуповато заморгала. Двое подручных жреца уложили ее на камень. Кое-кто из мужчин не смог сдержать вожделенных стонов, глядя на озаренное луной прекрасное тело на каменной плите. Девушка недоуменно озиралась по сторонам, и вдруг пьяный дурман на миг развеялся и во взгляде ее мелькнула тревога, но Ниобит тут же шагнул к ней, коснулся пальцем ее лба и произнес фразу, смысла которой никто не понял. Глаза девушки снова затуманились, тело расслабилось, обмякло.

- Тутатис, мы приносим тебе этот дар! - провозгласил Ниобит, занося над жертвой ритуальный клинок.

И самый молодой не выдержал - он закричал и бросился к несчастной девушке. Но те, кто стоял рядом, успели его вовремя перехватить.

Но увы, они не успели перехватить крестьян, которые спрыгивали со скал, оглашая ночь злобными воплями. И между камнями уже появились темные фигуры; вот некоторые уже прорвались в круг белых балахонов. Один - высокий, смуглый схватил Ниобита за запястье. Нож выпал из пальцев жреца... Он закричал, но крик его вдруг перешел в песнопение. Взметнулась вверх левая рука - и сноп пламени сорвался с ладони.